Михаил Федорович Ларионов: картины художника

Художник-бунтарь Михаил Ларионов

Михаил Федорович родился в 1881 году в Тирасполе царской России в семье фельдшера. Учился живописи в Московской школе живописи у Левитана и Серова. Ларионов уже в юности выступал против общепринятых традиций, поэтому за годы учебы в училище его трижды отчисляли за вольность в живописи.

Художник М.Ф. Ларионов (1881-1964).
Художник М.Ф. Ларионов (1881-1964).

Общение с современными художниками, активное участие в деятельности художников, а также знакомство и последующее замужество с Натальей Гончаровой существенно повлияли на ее творчество. Он писал в манере импрессионистов, его интересовали принципы фовизма, он изучал идеи примитивизма, пока не создал свою теорию под названием лучизм. Это также положило начало новому направлению: неопримитивизму.

Бунтарский дух энергичного Ларионова привлекал внимание молодых артистов-единомышленников. Ларионов организовал четыре удивительных выставки, вокруг которых каждый раз разгорался скандал. Это знаменитые экспонаты «Бубновый валет» и «Ослиный хвост», впоследствии ставшие одноименными организациями. Затем последовали выставки «Мишень» и «№4», которые также объединили молодых людей, отрицающих каноны школы классического искусства.

Среди его известных работ — картины из серий «Парикмахер» и «Солдат», автопортрет, «Театр кукол», «Венера и Михаил», «Весна» и другие. Помимо живописи, Ларионов иллюстрировал книги, оформлял пьесы и писал книги.

Художник скончался в 1964 году в возрасте 82 лет.

Новый миф

Именно на этой богатой и эстетически разнообразной местности появились обнаженные тела Ларионовой. В 1912 году он создал серию полотен с изображением обнаженных женщин, и большинство из них взяло название со словом «Венера»: «Венера-солдат», «Еврейская Венера», «Венера Кацап», «Венера» (также известная по надписям «Венера Михаил»). Кроме того, сохранился карандашный набросок другой картины, никогда не писавшейся, «Венере дель Негро».

123

Фото: НГХМ, commons.wikimedia.org Картины «Кацапская Венера» художника Михаила Ларионова (слева) и «Венера Урбинская» художника Тициана
Безграничный авангард Салоники изучат и продемонстрируют русское искусство начала ХХ века

В своей «Венере» Ларионов, конечно, беседует с Тицианом и Джорджоне. Героини лежат на кровати, подперевшись на высоких подушках, взгляд их направлен либо на зрителя, либо немного в сторону, но тени застенчивости в них нет. Напротив, лист, закрывающий грудь еврейской Венеры, выглядит издевательством над традицией изображения Евы. Сами имена читаются как пародия на мифолога эпохи Возрождения, поскольку ничего божественного и даже просто возвышенного в женщинах Ларионова не замечено.

Но в то же время, если Серов и Климт, Шиле и Пикассо нарочно очистили женскую наготу от естественной привлекательности, то Ларионов, наоборот, возвращает моделям эротизм, хвалит сочные формы их «Венер», преподнесенных с волнующим зрелищем радость жизни. Это не эстетические эксперименты богемы, а грубое и преувеличенное воплощение мечты солдата-филистера.

123

На фото: Государственный Русский музей Картина «Солдатская Венера» художника Михаила Ларионова
Неизвестные опубликованные документы русского авангарда «Харджиевский архив» содержат тексты и письма Казимира Малевича, Эль Лисицкого и Михаила Матюшина

Если до девятнадцатого века художники прославляли возвышенную красоту тела, то во второй половине века сексуальность эмансипировалась, а в начале двадцатого века было решено «упразднить» и сексуальность, и красоту обнаженной натуры, то в 10-х годов Ларионов снова уступает сексуальности обнаженной женщине, но не ограничивает ее идеальными стандартами красоты. На фоне современных дискуссий о «боди-позитивизме» этот подход кажется особенно актуальным.

В этом ряду выделяется «Венера» («Venus Michael»). Хотя полотно граничит с одной серией и по сюжету, и по хронологии, оно открывает новые горизонты не только в творчестве Ларионова, но и в мировой живописи. Эта «Венера» близка персонажам из цикла «Времена года» Ларионова. Анатомическое сходство, существовавшее у других «Венер», здесь заменено символическим образом, нарочито наивным и оторванным от реальности.

123

Элементы пародии на Венеру прошлого сохраняются (и мы также замечаем иронию в отношении наших собственных «национальных» Венер), но связь с анатомией полностью исчезает: трехмерность (даже «неправильная») заменяется по двумерности и размерности все фигурки похожи на детские рисунки. Вместе с радостным желтым фоном и светлым общим цветом это придает изображению фантастический солнечный оптимизм.

Другой важный элемент появляется на Венере: текст. Кроме изображения фигур и фона, есть надпись — такая же нарочито неуклюжая, по-детски: «Венера Михаила». Вы не поверите, но Ларионов, пожалуй, первый художник, который использовал текст как визуальный и концептуальный элемент картины.

Более чем через полвека текст поверх изображения (или даже на его месте) станет одним из главных художественных приемов основоположника московского концептуализма Ильи Кабакова. И несомненный символизм есть в том, что параллельно с выставкой Ларионова в Третьяковской галерее проходит ретроспектива Кабакова «Не всех заберут в будущее.

Однако в картине «Венера» текстовый элемент выглядит скорее декоративным и не несет концептуального или формирующего заряда. Другое дело цикл «Времена года», созданный в самом 1912 году.

123

Фото: Париж, Центр Помпиду. Серия «Времена года» (новый примитив). Осень »художника Михаила Ларионова. 1912 г

Четыре многоформатных полотна символизируют четыре сезона. Каждая композиция разделена на одинаковое количество неравных прямоугольников, три из которых представляют собой плоские двухмерные изображения, а четвертый отведен под текст.

«Счастливая осень, сияющая, как золото, со спелым виноградом и хмельным вином», — говорит один из них. «Весна ясная, прекрасная, с яркими цветами, с белыми облаками» — появляется с другой… Смазанность текста подчеркивается его написанием — без знаков препинания, с «неправильным» написанием и, казалось бы, случайными цветовыми акцентами.

123

Фото: Государственная Третьяковская галерея Из серии «Времена года (новый примитив). Зима» художника Михаила Ларионова. 1912 г

Такая же нарочитая наивность характерна и для центральных фигур каждого полотна: это обнаженные дамы в окружении ангелов, птиц и деревьев. Однако их нагота полностью обусловлена. От эротической обнаженной натуры Ларионов переходит к символической обнаженной, от мужского взгляда к модели (даже с карикатурным оттенком) к взгляду ребенка.

Почти монохроматический фон усиливает ощущение детскости образов: светло-оранжевый весной, коричневый зимой, синий осенью и пурпурно-черный летом».

123

Фото: Государственная Третьяковская галерея Из серии «Времена года (новый примитив). Весна» художника Михаила Ларионова. 1912 гОмск и Елец разделили русский авангард с Москвой
Омск и Елец разделили русский авангард с Москвой. Панорама русской живописи начала ХХ века насчитывает более ста полотен

И вот что интересно: если во второй половине девятнадцатого века изобразительное искусство освободилось от оков мифа, прежде непоколебимых, по крайней мере, по отношению к обнаженной натуре, то в двадцатом веке Ларионов снова возвращается к основополагающим принципам — не только европейцы (Венера), но и русские: «времена года» относятся к нашему язычеству, а не в греко-римском смысле. Уместно провести параллель с «Святым источником» — знаменитым балетом Дягилева «Русские сезоны», музыку которого написал Игорь Стравинский в том же 1912 году.

Эмиграция, балет и «друзья семьи»

По приглашению Сергея Дягилева в 1914 году самая эпатажная пара русского авангарда (записавшая свои отношения намного позже) уехала в Париж для сотрудничества с «Русскими сезонами». Навсегда, но они все еще не знают. Предполагалось, что они напишут сценарий, но внезапно Ларионов начинает проявлять интерес к другим аспектам процесса: он участвует в постановках в качестве сценографа, а иногда и сценариста (написание плакатов было не зря), а со временем — в качестве соавтора. -директор и хореограф. Кроме того, он часто ссорится с Дягилевым, который уже знает цену таланту Ларионова и поручает ему воспитание юных танцоров. Результат? Из-под пера Ларионова вышли всемирно известные танцоры, такие как Леонид Мясин и Сергей Лифарь.

В октябре 1917 года Ларионов и Гончарова планировали вернуться в Россию. И в России на это время тоже многое намечается… К 18 годам Ларионов понимает, что ему придется остаться во Франции. Он продолжает работать, и его увлечение балетом и, честно говоря, танцорами иногда откладывает в сторону живопись.

Ларионов прекрасно вписывается в мир парижской богемы. Он дружит с поэтом Гийомом Аполлинером, писателем Жаном Кокто, художниками Пабло Пикассо и Фернаном Леже. Богемную среду странными знакомыми узорами не удивишь, поэтому то, что в доме Ларионова поселился близкий друг Натальи Гончаровой Орест Розенфельд, а через некоторое время — больше, чем близкий друг Ларионова Александр Томилин, никого не глупо. Розенфельд — русская эмигрантка-меньшевик, а Шурочка, как ее называл Ларионов, — дочь московского банкира, тоже эмигрировавшего в Париж.

Другая женщина Михаила Ларионова

Александра Томилина 30 лет была любовницей Ларионова, по сути, сожительницей. Ее квартира находилась в том же доме этажом ниже, ее существование не было секретом для Натальи Гончаровой. Мы вчетвером уехали в отпуск с «друзьями семьи» или наедине с Ларионовым и Гончаровой.

Михаил Ларионов женился на своей главной музе Наталье Гончаровой в 1955 году. В основном это было связано с заботой о наследстве: в случае смерти одного из них, второй унаследовал все имущество. В 1962 году Наталья Гончарова умерла, и Ларионов женился на верной Томилиной. Его сог